Не умеют работать — спросили бы у нас

Городские чиновники утверждают, что все беды — от нехватки денег. Горожане в это не очень верят. А люди компетентные прямо говорят, что дело вовсе не в этом. Так считает и лидер движения «Чистый город» Владимир Рощупкин. Причем, не из теоретических соображений, а основываясь на личном опыте: исполнительный директор «Уралвагонзавода» с проблемами уборки снега и поддержания в порядке городской территории знаком не понаслышке — о чем и рассказал в интервью нашей газете.

— Владимир Николаевич, каков Ваш личный опыт по «снегоуборочной» части?

— Опыт давний и немалый. В свое время я четыре года проработал на базе механзации Жилищно-коммунального управления «Уралвагонзавода», сачала мастером, потом механиком. Собственно, эта база создавалась при моем непосредственном участии. Мы базу механизации построили, а потом передали ее на баланс города.

Так вот, в мои непосредственные обязанности входила и расчистка территории после снегопадов. Мы тогда расчищали всю Вагонку. Работали не по рабочим часам, а по прогнозам Гидрометцентра. Если по прогнозу ночью ожидается снегопад – то к семи утра мы должны расчистить территорию. В самом крайнем случае, если снегопад уж очень силен — к восьми. И тротуары, и презжую часть.

Причем тротуары очищали в первую очередь, дороги уже во вторую, а не как сейчас — грейдеры по проезжей части пустили, а снег свалили на тротуары…

Основные потоки движения шли по проспекту Вагоностроителей, Ленинградскому проспекту, улицам Ильича и Зари. Их мы в первую очередь очишали. Они в любом случае в семь утра должны были быть чистыми.

— А как происходит сейчас?

— Сейчас ситуация переменилась полностью. Техника выезжает, когда снег уже не просто лег, а еще и полежал недельку-другую, его укатали, утоптали — и только тогда начинаем грызть. Идет грейдер, грызет мерзлый укатанный снег, а за ним один К-87 – это же бесполезный труд!

У нас порядок был такой: идет техника – два грейдера, два песочника – пескоразбрасывающие машины, и пять-семь К-87 на базе колесных тракторов МТЗ-80. Каждый оснащен железной лопатой с резиновыми ножами и щеткой. И эта техника счищала только-только выпавший снег, а не укатанный.

Что же касается весеннего периода – мы всегда организовывали работу так, чтобы техника выходила в 10-11 часов, когда снег начинает таять, становится рыхлым. Его легко убирать. И тогда уже дочищали абсолютно все дворы и второстепенные улицы, которые зимой иногда не успевали. А что происходит сейчас — я не понимаю. Или абсолютное незнание у людей, как должна быть организованна эффективная работа, или просто нежелание работать… Не умеют работать — спросили бы у нас!

— А с завалами по обочинам дорог как справлялись?

— Мы же не просто убирали снег с дороги! После этого шла снегоуборочная техника, этот снег вывозили. А сейчас я смотрю с ужасом на происходящее. Ладно еще сугробы — но сейчас же снег таять начинает! С тротуаров его всю зиму не убирали вообще, а теперь уже и не уберешь — он весь утоптан намерво. И как все это начнет таять — людям придется ходить в болотных сапогах. Ни в туфлях, ни в ботинках по таким улицам не пройдешь. Собственно, и в сапогах будет непросто. На машине еще проедут, причем не на всякой. По воде, по грязи… А вот пешком — никак.

Во дворы вообще невозожно будет заехать. А надо еще помнить, что у нас недостаточно водостоков, поскольку считается, что город и так стоит на возвышенности. Мы заранее знаем, где во время паводков будет стоять вода. На Ленинградском проспекте будет стоять около «Мечты» и рядом с остновкой «Поликлиника». Проспект Вагоностроителей у нас горбиться посредине — так что возле «России» образуется водораздел. Часть воды будет катиться в сторону улицы Зари, а часть в сторону завода. Реки будут полноводные… Только рыбы в них не будет.

— Страшноватая картина. Особенно потому, что реалистичная. Ну и в чем причина таких перемен? В конце концов, та же самая техника могла бы и сейчас выходить на улицы города и так же их чистить! Неужели все дело только в вывеске? От того, что грейдер теперь принадлежит муниципалитету, а не заводу, он что, хуже работает?

— Когда нашу базу механизации передали на муниципальный баланс, ее тут же расформировали. Почему — непонятно… Работники вернулись обратно на УВЗ. Я думаю, базу передали в городское спецхозяйство, а уже там полностью разграбили.

У нас было 112 единиц техники. База обеспечивала не только расчистку и уборку Вагонки, она и санитарно-технический цех машинами обеспечивала, и отдел благоустройства. Мы же и асфальт здесь сами клали — это ведь тоже техника! И катки, и самосвалы… Вон, асфальтовый завод до сих пор остался. И горсеть была, которая обеспечивала электричеством Вагонку. Там тоже транспорт был — и экскаваторы, и все остальное.

Мы городу передали весь набор коммунальной техники, полностью! Все растащили.

Куда что ушло — неизвестно. А теперь руками разводят: «Техники нет, денег нет, ничего не можем сделать»… Просадить не ими созданное смогли, а свое сделать — прямо никак. Какие работники — такая и работа.