Корпорация УВЗ развивает велоспорт

Детско-юношеская сборная Свердловской области по велосипедному спорту вернулась со спортивных сборов, которые прошли в городе Анапа Краснодарского края. Эта поездка, в рамках которой ребята также приняли участие во Всероссийских соревнованиях и Первенстве России и заняли призовые места, стала возможной благодаря поддержке Попечительского совета, в который входят и предприятия научно-производственной корпорации УВЗ.

Учащиеся школ по велоспорту из разных городов области, четыре человека из училища олимпийского резерва, а также два заслуженных ветерана велосипедного спорта провели 15 дней на берегу Чёрного моря на современной базе отдыха «Малахит» — учреждении, которое состоит на балансе дочерней компании головного предприятия корпорации «УБТ-Уралвагонзавод». И это не первый подобный выезд, организованный для спортсменов попечителями.

Как рассказал председатель совета, директор по персоналу Уралвагонзавода Сергей Саранчук, Попечительский совет РОО «Федерация велоспорт-маунтинбайка,  велоспорт-трека, велоспорт-шоссе Свердловской области» был создан в октябре 2010 года по инициативе генерального директора УВЗ Олега Сиенко – в прошлом, успешного велосипедиста, являющегося мастером спорта международного класса. Главной целью совета является развитие велосипедного спорта Свердловской области: как профессионального, так и любительского. Работа ведется по нескольким основным направлениям: организационная поддержка профессионального велоспорта, финансовая помощь Федерации и популяризация велосипеда в массах, и за время  существования совета на реализацию этих и других цели израсходовано 4,5 миллиона рублей.

Помимо сборов в Краснодарском крае, в 2011 году попечителями были организованы: поездка на сборы в Санкт-Петербург, участие свердловских спортсменов в традиционных международных соревнованиях по велоспорту-шоссе «Кубок Мэра» и «Пять колец Москвы», поездка в Самару на Чемпионат России и Спартакиаду учащихся в Республике Адыгея. При финансовой поддержке Попечительского совета закуплены экипировка для школ по велоспорту и единая спортивная форма для сборной Свердловской области.

Особое внимание в программе по развитию уделено велоспорту высших достижений, для чего Попечительский совет успешно сотрудничает с органами местного управления и государственной власти. Результатом такого сотрудничества уже стали стипендии для четырёх выпускников свердловских велошкол, которые имеют реальный шанс принять участие в Олимпийских Играх 2012 года в Лондоне. Для одной из них — многократной чемпионки России Юлии Ильиных попечителями куплен современный профессиональный велосипед и колёса к нему стоимостью 400 тысяч рублей, что позволит девушке на равных бороться за призовые места с лучшими зарубежными спортсменами.

Кроме того, Попечительский совет осуществляет активную поддержку всех соревнований по велоспорту на территории области, спонсирует проведение этапов Кубка России, первенства и чемпионата России, состязаний областного уровня. Реально действуют программы для активистов ветеранского движения и для спортсменов с ограниченными физическими возможностями.

Пресс-служба УВЗ

УВЗ — сердце оборонного комплекса

Накануне Международной выставки вооружений, военной техники и боеприпасов мы встретились с исполнительным директором «Уралвагонзавода» Владимиром Рощупкиным. Владимир Николаевич любезно согласился ответить на наши вопросы.

— Я так понимаю, технических вопросов лучше не задавать?

— Да, давайте пока не будем. Что-то рассекречено совсем недавно, что-то – еще не совсем… Две недели осталось – все сами увидите.

— УВЗ опять, как и в предыдущие разы, крупнейший участник выставки. Так будет всегда?

— А как же иначе? Стержень армии – сухопутные войска. Основа сухопутных войск – танки и бронемашины. Так что, наш завод – это самое сердце российского оборонного комплекса. Пока этот комплекс жив – позиции завода непоколебимы.

— В федеральной прессе появляются публикации, утверждающие, что тагильская выставка постепенно теряет свое значение, поскольку российские генералы все откровеннее демонстрируют пристрастие к внешним производителям?

— Мне кажется, если и возникла такая мода, то ненадолго. Вспомните советские времена – в чем был смысл передачи советского оружия в кредит странам, которые никогда не смогли бы этот кредит оплатить? Да просто в том, что эти страны оказывались привязанными к поставкам российских запчастей и боеприпасов, к обслуживанию стоящей на вооружении техники только советскими специалистами…

Государство, вооруженное иностранным оружием, перестает быть независимым государством. Так что, когда речь заходит о том, что чья-то техника, якобы, дешевле российской, то надо понимать, почему она дешевле. Советский Союз, еще раз напомню, оружие вообще даром отдавал. Но если наши генералы планируют сколь-нибудь длительное существование России, как независимого государства – им придется вооружать российскую армию российским же оружием. Император Александр III сказал: «У России только два союзника – армия и флот». Вооружая армию и флот чужим оружием, мы наполовину делаем их уже союзниками тех, кто это оружие произвел.

— Но Россия, вроде, ни с кем воевать не собирается?

Россия не собирается. Ну и что? Ливия вон тоже ни с кем воевать не собиралась. Только никто ее планами не поинтересовался.

— Мы, все же, не Ливия…

Да, пока никто не может надежно нейтрализовать наше ядерное оружие – мы не Ливия. А если однажды смогут?

— То есть, Вы оцениваете будущее пессимистически?

— Почему? Наоборот, вполне оптимистически. Я думаю, мода на чужое оружие пройдет достаточно скоро.Все ведь совершенно очевидно. Еще одна цитата, из Фридриха Великого: «Кто не хочет содержать свою армию – будет содержать чужую». К ВПК это относится в еще большей мере, чем к собственно армии. И не понимать этого невозможно.

Не умеют работать — спросили бы у нас

Городские чиновники утверждают, что все беды — от нехватки денег. Горожане в это не очень верят. А люди компетентные прямо говорят, что дело вовсе не в этом. Так считает и лидер движения «Чистый город» Владимир Рощупкин. Причем, не из теоретических соображений, а основываясь на личном опыте: исполнительный директор «Уралвагонзавода» с проблемами уборки снега и поддержания в порядке городской территории знаком не понаслышке — о чем и рассказал в интервью нашей газете.

— Владимир Николаевич, каков Ваш личный опыт по «снегоуборочной» части?

— Опыт давний и немалый. В свое время я четыре года проработал на базе механзации Жилищно-коммунального управления «Уралвагонзавода», сачала мастером, потом механиком. Собственно, эта база создавалась при моем непосредственном участии. Мы базу механизации построили, а потом передали ее на баланс города.

Так вот, в мои непосредственные обязанности входила и расчистка территории после снегопадов. Мы тогда расчищали всю Вагонку. Работали не по рабочим часам, а по прогнозам Гидрометцентра. Если по прогнозу ночью ожидается снегопад – то к семи утра мы должны расчистить территорию. В самом крайнем случае, если снегопад уж очень силен — к восьми. И тротуары, и презжую часть.

Причем тротуары очищали в первую очередь, дороги уже во вторую, а не как сейчас — грейдеры по проезжей части пустили, а снег свалили на тротуары…

Основные потоки движения шли по проспекту Вагоностроителей, Ленинградскому проспекту, улицам Ильича и Зари. Их мы в первую очередь очишали. Они в любом случае в семь утра должны были быть чистыми.

— А как происходит сейчас?

— Сейчас ситуация переменилась полностью. Техника выезжает, когда снег уже не просто лег, а еще и полежал недельку-другую, его укатали, утоптали — и только тогда начинаем грызть. Идет грейдер, грызет мерзлый укатанный снег, а за ним один К-87 – это же бесполезный труд!

У нас порядок был такой: идет техника – два грейдера, два песочника – пескоразбрасывающие машины, и пять-семь К-87 на базе колесных тракторов МТЗ-80. Каждый оснащен железной лопатой с резиновыми ножами и щеткой. И эта техника счищала только-только выпавший снег, а не укатанный.

Что же касается весеннего периода – мы всегда организовывали работу так, чтобы техника выходила в 10-11 часов, когда снег начинает таять, становится рыхлым. Его легко убирать. И тогда уже дочищали абсолютно все дворы и второстепенные улицы, которые зимой иногда не успевали. А что происходит сейчас — я не понимаю. Или абсолютное незнание у людей, как должна быть организованна эффективная работа, или просто нежелание работать… Не умеют работать — спросили бы у нас!

— А с завалами по обочинам дорог как справлялись?

— Мы же не просто убирали снег с дороги! После этого шла снегоуборочная техника, этот снег вывозили. А сейчас я смотрю с ужасом на происходящее. Ладно еще сугробы — но сейчас же снег таять начинает! С тротуаров его всю зиму не убирали вообще, а теперь уже и не уберешь — он весь утоптан намерво. И как все это начнет таять — людям придется ходить в болотных сапогах. Ни в туфлях, ни в ботинках по таким улицам не пройдешь. Собственно, и в сапогах будет непросто. На машине еще проедут, причем не на всякой. По воде, по грязи… А вот пешком — никак.

Во дворы вообще невозожно будет заехать. А надо еще помнить, что у нас недостаточно водостоков, поскольку считается, что город и так стоит на возвышенности. Мы заранее знаем, где во время паводков будет стоять вода. На Ленинградском проспекте будет стоять около «Мечты» и рядом с остновкой «Поликлиника». Проспект Вагоностроителей у нас горбиться посредине — так что возле «России» образуется водораздел. Часть воды будет катиться в сторону улицы Зари, а часть в сторону завода. Реки будут полноводные… Только рыбы в них не будет.

— Страшноватая картина. Особенно потому, что реалистичная. Ну и в чем причина таких перемен? В конце концов, та же самая техника могла бы и сейчас выходить на улицы города и так же их чистить! Неужели все дело только в вывеске? От того, что грейдер теперь принадлежит муниципалитету, а не заводу, он что, хуже работает?

— Когда нашу базу механизации передали на муниципальный баланс, ее тут же расформировали. Почему — непонятно… Работники вернулись обратно на УВЗ. Я думаю, базу передали в городское спецхозяйство, а уже там полностью разграбили.

У нас было 112 единиц техники. База обеспечивала не только расчистку и уборку Вагонки, она и санитарно-технический цех машинами обеспечивала, и отдел благоустройства. Мы же и асфальт здесь сами клали — это ведь тоже техника! И катки, и самосвалы… Вон, асфальтовый завод до сих пор остался. И горсеть была, которая обеспечивала электричеством Вагонку. Там тоже транспорт был — и экскаваторы, и все остальное.

Мы городу передали весь набор коммунальной техники, полностью! Все растащили.

Куда что ушло — неизвестно. А теперь руками разводят: «Техники нет, денег нет, ничего не можем сделать»… Просадить не ими созданное смогли, а свое сделать — прямо никак. Какие работники — такая и работа.